Пожалуйста, выберите Мобильная версия | Перейти к компьютерной версии

Камбоджа - все там будем! Отдых и жизнь в Камбодже.
Новости, события, информация, общение.

 Забыли пароль?
 

ГЛАВА X. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА (1979-1991 гг.)

23-7-2012 04:32| Разместил: admin| Просмотров: 13042| Комментарии: 0

1. Формирование партийных и государственных структур НРК

Первые контуры новой Камбоджи были определены в начале декабря 1978 г., когда в кхмерском городке Сноуле противники Пол Пота учредили Единый фронт национального спасения Кампучии (ЕФНСК). В подготовке и проведении этого конгресса участвовали вьетнамские военные и политические советники, которые взяли на себя и организацию и финансирование этого события. В Ханое готовились и программные документы, подбирались кадры на руководящие должности для новой, третьей по счету за последние тридцать пять лет, оппозиционной официальным властям Камбоджи военно-политической организации, которая опиралась бы на Вьетнам.

За два дня работы съезда 2-3 декабря 1978 г. было объявлено о создании Фронта, его руководящих органов, вооруженных сил, а также принята политическая и социально-экономическая программа этой организации. Ее первоначальный вариант, по словам Чан Вена, подвергся определенным изменениям — «во все разделы программы кроме внешнеполитического были внесены некоторые коррективы нашими товарищами, которые участвовали в борьбе с Пол Потом в Восточной зоне»1.

В политическом разделе принятой на этом съезде программы противники Пол Пота обещали камбоджийцам «провести всеобщие выборы в Национальное собрание, реорганизовать демократическую и народную власть на всех уровнях, выработать новую конституцию, ввести законодательство независимого и демократического государства, идущего к социализму». Особо выделялась необходимость создания революционных массовых организаций, которые примыкали бы к ЕФНСК2.

Примечательно, что в свое время точно такие же обещания раздавали в своих манифестах и многочисленных пропагандистских заявпениях и лидеры «красных кхмеров». В восприятии характера власти и механизма ее организации их противники мало чем от них отличались. Для понимания истинного смысла политической декларации ЕФНСК достаточно обратиться к такому расплывчатому и двусмысленному пункту, как «реорганизация демократической и народной власти на всех уровнях». Судя по этой формулировке, противники Пол Пота полагали, что система власти в полпотовской Камбодже была демократической, и требовалось ее лишь правильно реорганизовать. Более того, если вспомнить, что в заявлении о создании Фронта содержался призыв к «патриотам, находящимся пока в рядах правящей ныне клики», переходить на сторону восстания (т.е. как бы подразумевалось наличие патриотов среди руководства «красных кхмеров»), то становится очевидно, что антиполпотовское выступление задумывалось скорее как верхушечный переворот, чем как антикоммунистическое движение. Действительно, противники Пол Пота и его режима готовы были оставить основные положения социально-экономического и политического курса — поменять они планировали лишь формы и методы его проведения и состав руководящих кадров. О таких понятиях, как свобода слова и печати, многопартийность, частная собственность и частный бизнес, в Программной декларации даже не упоминалось. Из документа видно, что авторы полагали возможным после устранения от власти полпотовской верхушки воссоздать в несколько смягченном виде тот же политический режим и примерно ту же модель экономики, что и раньше.

Однако, после разгрома «красных кхмеров» и провозглашения Народной Республики Кампучии (НРК), быстро выяснилось, что сделать это невозможно и что смена старой власти и формирование новой оказались намного более разрушительным и сложным процессом, чем предполагалось. Для того чтобы стабилизировать внутреннюю обстановку, новым хозяевам Камбоджи необходимо было как можно быстрее преодолеть очевидную слабость исполнительных структур новой власти. Лидеры ЕФНСК вместе с вьетнамскими военными и гражданскими советниками контролировали ситуацию в Пномпене, но на местах никаких органов власти не было. Поэтому учреждение органов власти на местах стало одной из первоочередных задач, так как без этого говорить о строительстве нового государства было делом бессмысленным. В одном из первых номеров газеты «Кампучия», которая была тогда органом ЕФНСК, говорилось, что «Народно-революционный совет и Единый фронт выступают за то чтобы в кратчайшие сроки организовать во всех городах и селах народные комитеты самоуправления как низшую ступень государственнополитической структуры страны»3. Они формировались медленно и не одновременно. Органы власти в районах, примыкающих к Пномпеню возникли, например, вскоре после победы 7 января в восточных провинциях Прейвенг и Свайриенг к середине 1979 г., в западных, примыкающих к таиландской границе районах они стали появляться еще позже. В сентябре 1979 г. в документах II съезда ЕФНСК отмечалось, что «наша власть на всех уровнях, особенно на местах в сельской местности, где она только что появилась, немногочисленна, слаба с точки зрения эффективности и контроля за складывающимся положением»4. Слабость государственных структур связана была еще и с тем, что ядро новой власти — восстановленная вьетнамцами Компартия Кампучии численно была невелика и действовала полулегально. Советские дипломаты в Пномпене отмечали, что «в силу того, что КПК еще не вышла на открытую арену, партийные комитеты испытывают большие трудности»5.

Слабость кхмерской власти компенсировалась тем, что опиралась она в немалой степени на вьетнамские войска и вьетнамскую военную администрацию, присутствие которых в Камбодже регулировалось Договором о мире, дружбе и сотрудничестве, подписанном в феврале 1979 г. во время визита в страну премьер-министра Вьетнама Фам Ван Донга. Сотни вьетнамских советников были прикомандированы практически ко всем административным органам новой власти, а вьетнамские войска занимали ключевые точки во всех провинциях. Находившиеся в Пномпене советские дипломаты отмечали, что «в военной области главной опорой НРК в борьбе с контрреволюцией остаются части ВНА»6. Вьетнамские войска располагались по всей стране, особенно много их было на западной границе и вокруг кхмерской столицы. Вьетнамские патрули контролировали все основные районы города, а ночью, когда после десяти часов вечера начинался комендантский час, кроме них на улицах вообще никого из кхмеров встретить было невозможно. Это была оккупация, но оккупация своеобразная, когда большинство кхмеров выступали в поддержку своих оккупантов. Ужасы полпотовского правления были настолько свежи в памяти, что относительная безопасность, воцарившаяся после изгнания «красных кхмеров», воспринимались людьми как огромное облегчение. В это время сотни камбоджийцев в частных беседах говорили, что они не очень любят вьетнамцев, но не хотят, чтобы они уходили, потому что вслед за этим вернутся «красные кхмеры».

Бен Кьернан, побывавший в стране в то время, отмечал: «Страх, что вывод вьетнамских войск откроет дорогу Демократической Кампучии, был широко распространен в кхмерских провинциях7. В 1984 г. в Пномпене хозяйка “Сантхакия Со” (Белой гостиницы), где я долго жил, откровенно говорила, что в случае изменения ситуации “готова уйти из Пномпеня вместе с вьетнамцами” и что они — “единственная преграда возвращению Пол Пота к власти”»8.

Такие настроения, широко распространенные среди кхмеров, обеспечили новой власти большой кредит доверия, у нее сразу же появилась масса сторонников среди тех, кто боялся и ненавидел «красных кхмеров» больше, чем наводнивших страну вьетнамцев. И хотя этого доверия было недостаточно для превращения новой власти в самостоятельную и независимую политическую силу, оно стало важной предпосылкой для такого превращения.

С этой точки зрения существенным представляется то, что исполнительные структуры возникшего в 1979 г. режима оформлялись уже после кульминации социальной революции, когда коммунистический идеализм все больше подменялся прагматизмом, когда не столько теоретические конструкции, сколько реальные жизненные обстоятельства определяли характер политического курса. Характерно в этой связи то, что Хенг Самрин и особенно Чеа Сим и Хун Сен, которые впоследствии выступят как главные сторонники прагматичной политики, — все они, да и другие деятели, оказавшиеся создателями нового коммунистического режима, принадлежали в свое время как раз к среднему звену руководства «красных кхмеров». А именно в этом слое разочарование в доктрине и тяга к прагматизму, как уже отмечалось выше, проявлялись особенно сильно. У других членов руководства НРК, проживавших все время во Вьетнаме, такого опыта, однако, не было, и они были настроены более ортодоксально-коммунистически. В беседе со мной, например, министр промышленности Миех Сомнанг, говоривший на вьетнамском даже лучше, чем на кхмерском, рассказывал о своих планах строительства предприятий тяжелой промышленности в Камбодже. На мой вопрос, а собственно зачем это все кхмерам нужно, он ответил: «Без тяжелой промышленности у нас не будет пролетариата. Без пролетариата мы не построим социализм»9.

На первых порах такое различие в руководстве НРК ощущалось слабо, поскольку суровая действительность — всеобщий хаос и голод 1979 г. — заставила новые власти действовать исходя не из заранее подготовленных планов и манифестов, а из сложившегося положения. Дело в том, что, захватив Пномпень и изгнав «красных кхмеров» с большей части территории страны, новые власти и их вьетнамские союзники оказались в сложной ситуации: удар вторжения был так велик, что «реорганизовать демократическую и народную власть на всех уровнях», как это планировалось в Сноуле, оказалось невозможно. Власть подверглась дезинтеграции одновременно с развалом всего управленческого аппарата «красных кхмеров». Всю систему административного управления новым хозяевам страны надо было строить с нуля. Особенно разочаровывающим для вьетнамского руководства стало то, что, несмотря на вполне откровенный призыв к региональным функционерам «красных кхмеров» оставить Пол Пота и круг его ближайших сторонников и принять участие в так называемом III съезде НРПК, который при содействии вьетнамских советников состоялся с 5 по 8 января 1979 г.10 в одном из освобожденных районов, никто из известных деятелей Демократической Кампучии так и не откликнулся.

В результате, вместо того чтобы занять контрольные позиции в действующих партийных и административных структурах с их налаженным механизмом власти, победителям пришлось создавать заново новую правящую партию, со всем ее административным аппаратом. Положение вьетнамцев, которые определяли ситуацию в то время, осложнялось еще и тем, что они вынуждены были делать ставку на мало кому известных кхмерских деятелей, которые в тот момент и для многих камбоджийцев, и для международных наблюдателей представлялись скорее марионетками, чем самостоятельными политиками.

Проблема была также и в том, что между избранными ими во власть кхмерскими деятелями существовали разногласия, как объективные, так и субъективные. Личные амбиции кадров, прибывших из Вьетнама, которые полагали, что только им вьетнамцы могут полностью доверять, сталкивались с амбициями многочисленной группировки бывших «красных кхмеров», также желавших занять влиятельные позиции в руководстве НРК. Персональное соперничество вкупе с различием взглядов на развитие страны сильно затрудняло процесс формирования единой и консолидированной власти.

Стратегия вьетнамцев учитывала эту ситуацию при формировании и распределении должностей в новой государственноадминистративной структуре: предстояло создать некий баланс сил из представителей двух группировок, которые собственно и составили ядро новой власти. На государственные должности предпочтительно выдвигались в первую очередь антиполпотовски настроенные партизаны из Восточной зоны (Хенг Самрин, Чеа Сим и т.д.), в полной лояльности которых еще не было большой уверенности. Нельзя было не учитывать и того, что многие из тех, кто входил в группировку бывших функционеров «красных кхмеров» Восточной зоны, участвовали в свое время во вторжениях во Вьетнам и выступали с антивьетнам- скими призывами.

Поэтому вьетнамские кураторы доверили этим людям высокие посты и возложили на них представительские функции, но не наделяя реальной властью. Хенг Самрин, например, возглавил исполнительный орган — Народно-революционный совет, от имени которого принимались все важнейшие решения, но, по существу, не он принимал решения, так как подчинялся и Пен Совану — главе нелегальной Компартии, и вьетнамским кураторам, т. е. зачастую лишь подписывал документы, которые готовились другими11. Во главе восстановленных партийных структур, очень малочисленных в то время и тоже не совсем самостоятельных, встали те коммунисты, которые долго жили в Ханое, и своим руководителем всегда считали Сон Нгок Миня, а не Салотх Сара. Таких людей, которых вьетнамцы рассматривали как более им преданных, после полпотовских репрессий осталось очень немного, поэтому так называемая «ханойская группа» была мала и возглавлял ее Пен Сован, имевший, как уже отмечалось, чин майора вьетнамской армии. Ему доверили возглавить образованную на III съезде НРПК комиссию по строительству партии, которая позже была преобразована в Центральный комитет12.

В списке руководящих деятелей НРК, составленном по принципу старшинства в октябре 1980 г. (список был передан в советское посольство в ноябре. — Д. М), две группировки были представлены примерно в равной пропорции. Первым был назван Хенг Самрин, Чеа Сим числился третьим, а Хун Сен — шестым. Соответственно из числа «ханойцев» Пен Сован значился в списке вторым, Бу Тхонг — пятым, а Кео Чанда — седьмым. Четвертую позицию занимал стоявший как бы особняком Сай Бутхонг — таец по национальности, возглавлявший сопротивление Пол Поту в провинции Кохконг13. Он не был связан ни с военно-административным аппаратом Восточной зоны, ни с «ханойскими коммунистами», начал борьбу с «красными кхмерами» в 1974 г., еще до их прихода к власти в стране. Он пользовался авторитетом среди других членов в руководстве НРК, располагал также доверием вьетнамских кураторов, которые поручили ему ведать вопросами партийного строительства и организационной работы и в партии и в ЕФНСК.

Думается, что этот список не вполне отражал реальное соотношение сил в кхмерских верхах. Дело в том, что Хенг Самрин и Чеа Сим были названы в первой тройке руководителей как личности известные, стоящие во главе нового государства, тогда как Компартия и ее вожди, все еще находившиеся как бы на полулегальном положении, вынуждены были оставаться в тени. Если бы Пен Сован, который в НРСК был лишь заместителем Хенг Самрина, оказался официально под номером первым, — это бы говорило о существовании подпольной партии как руководящей силы и указывало на него как на ее лидера. То же самое справедливо и по отношению к Сай Бутхонгу, который в Едином фронте занимал должность, подчиненную Чеа Симу, и поэтому до легализации партии не мог стоять в списке руководства впереди своего непосредственного начальника. Так что, если в этом списке под номером первым указать Пен Сована вместо Хенг Самрина, а под номером третьим вместо Чеа Сима — Сай Бутхонга, то перед нами откроется реальная картина соотношения сил. Из нее видно, что на самом деле бывшие «красные кхмеры» занимали в октябре 1980 г. вторую, четвертую и шестую позиции в кхмерском руководстве и во властных полномочиях явно уступали «ханойской группе». Несмотря на очевидную малочисленность и организационную слабость организации кхмерских коммунистов, именно она стала ядром формирования новой политической системы. Дело в том, что в основу системы власти в НРК была положена советско-вьетнамская модель «общества, идущего по пути построения основ социализма». Эта модель предусматривала тотальный контроль со стороны правящей революционной, так называемой авангардной партии за положением в стране и развитием общества, а органам государственной власти, и без того выбранным формально, была уготована лишь роль внешнего фасада, причем заранее подразумевалось их подчиненная по отношению к партийным структурам роль. Национальное собрание страны, состоявшее из 117 депутатов, выбранных, а точнее назначенных в марте-мае 1981 г.14, было совершенно декоративным учреждением, постановления которого повторяли решения партийного руководства НРПК. То же можно сказать и об официальных административных органах новой власти на местах — народно-революционных комитетах. Сначала их деятельность была под контролем вьетнамских военных и советников, а позже — местных партийных руководителей НРПК15. По наблюдению советских дипломатов в Пномпене, «практически повсеместно секретарь парткома являлся и председателем народно-революционного комитета»16.

Ужасно!

Плохо

Так себе ...

Хорошо

Отлично!

Последние комментарии

Оглавление
ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. ПОЛИТИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ КАМБОДЖИ В ЭПОХУ ФРАНЦУЗСКОГО ПРОТЕКТОРАТА (1863-1945 гг.)
     1. От подписания договора о протекторате Франции до окончания Первой мировой войны (1863-1919 гг.)
     2. Политическая борьба в 1919- 1945 гг.

ГЛАВА II. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ КАМБОДЖИ В 1863-1945 гг.
     1. Реформы 1877 и 1884 гг. и становление новой экономической модели в Камбодже
     2. Ростовщический капитал и его роль в формировании натурально-товарного типа хозяйства Камбоджи

ГЛАВА III. БОРЬБА ЗА НАЦИОНАЛЬНУЮ НЕЗАВИСИМОСТЬ СТРАНЫ И ОБОСТРЕНИЕ ВНУТРЕННИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ (1945-1953 гг.)
     1. Противостояние короля и его политических оппонентов по поводу путей достижения независимости
     2. Борьба кхмерских коммунистов за власть и независимость страны
     3. Некоторые аспекты экономического положения в стране

ГЛАВА IV. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАМБОДЖИ (1953-1970 гг.)
     1. Стремление Нородома Сианука к установлению режима единоличной власти
     2. Политика балансирования между правыми и левыми силами и ее печальный финал
     3. Последние попытки Сианука удержать власть

ГЛАВА V. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ КАМБОДЖИ В 1953-1970 гг.
     1. Экономическая политика с середины 50-х по середину 60-х годов
     2. Проблемы аграрной политики: социальная дифференциация и обнищание кхмерской деревни
     3. Факторы углубления экономического кризиса: провал кооперации и разгул коррупции

ГЛАВА VI. КХМЕРСКИЕ КОММУНИСТЫ В ПЕРИОД ПРАВЛЕНИЯ СИАНУКА 1953-1970 гг.
     1. Партия «Прачеачун» и ее борьба
     2. Нелегальная НРПК, Салотх Сар и его путь к власти
     3. Идеологический фундамент кхмерской революции
     4. Восстание в Самлауте и начало вооруженной борьбы

ГЛАВА VII. ПЕРЕВОРОТ ЛОН НОЛА И КРАХ НАТУРАЛЬНО-ТОВАРНОЙ СИСТЕМЫ ХОЗЯЙСТВА (1970-1975 гг.)
     1. Политическая ситуация и ход военных действий в стране в период после 18 марта 1970 г.
     2. Программы развития кхмерской деревни Лон Нола и причины их крушения

ГЛАВА VIII. КХМЕРСКИЕ КОММУНИСТЫ И ИХ БОРЬБА ПРОТИВ РЕЖИМА ЛОН НОЛА
     1. Образование Национального единого фронта Камбоджи и его деятельность в 1970-1972 гг.
     2. Превращение кхмерских коммунистов в сильнейшую политическую силу в стране
     3. Новое административное устройство и аграрные преобразования в освобожденных районах в 1973-1975 гг.
     4. Внутрипартийная борьба на завершающем этапе гражданской войны

ГЛАВА IX. «КРАСНЫЕ КХМЕРЫ» У ВЛАСТИ (1975-1979 гг.)
     1. Демократическая Кампучия: политическое оформление режима и борьба за власть (1975-1976 гг.)
     2. Изгнание людей из городов и аграрные преобразования
     3. Кхмерская деревня на пороге новых испытаний. Подготовка четырехлетнего плана развития аграрной экономики
     4. Основные цели и направления четырехлетнего плана
     5. «Большой скачок» в коммунизм и его последствия
     6. Формирование внутренней оппозиции и начало сопротивления режиму «красных кхмеров» (1977-1978 гг.)
     7. Противостояние с Вьетнамом и крах режима

ГЛАВА X. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В ЭПОХУ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ КАМПУЧИЯ (1979- 1991 гг.)
     1. Формирование партийных и государственных структур НРК
     2. Борьба группировок в НРПК: причины и результаты
     3. Консолидация власти в руках Хун Сена и Чеа Сима и изменение политического и социально-экономического курса НРПК

ГЛАВА XI. ЭВОЛЮЦИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ В ЭПОХУ НРК (1979-1991 гг.)
     1. Экономическая политика и формы организации экономики НРК в начале 80-х годов.
     2. Переход кхмерского села на рельсы рыночной экономики
     3. Переход к рыночной экономике во всех сферах экономической жизни

ГЛАВА XII. ПРОДОЛЖЕНИЕ БОРЬБЫ: ОБЪЕДИНЕНИЕ ПОЛ ПОТА, СИАНУКА И СОН САННА И ИХ ПРОТИВОСТОЯНИЕ НРК В 1979-1987 гг.
     1. Формирование коалиционного правительства кхмерской оппозиции
     2. Особенности формирования армии НРК. Боевые действия в стране в 1979-1987 гг.

ГЛАВА XIII. ПРОЦЕСС МИРНОГО УРЕГУЛИРОВАНИЯ КОНФЛИКТА В КАМБОДЖЕ
     1. Начало мирного диалога камбоджийских сторон
     2. Парижская мирная конференция и начало миротворческой операции ООН

ГЛАВА XIV КАМБОДЖА В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ XX ВЕКА
     1. Принятие конституции и оформление государственной власти
     2. Раскол и распад «красных кхмеров»
     3. Политическая борьба в Камбодже в 1994-1998 гг.
     4. Подоплека июльских событий 1997 г.
     5. Выборы 1998 г. и положение в Камбодже на рубеже веков

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Mobile|Камбоджа - все там будем! Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

GMT+7, 24-2-2020 01:34

Powered by Discuz! X2

© 2001-2016 Comsenz Inc.

Вернуться к началу