Пожалуйста, выберите Мобильная версия | Перейти к компьютерной версии

Камбоджа - все там будем! Отдых и жизнь в Камбодже.
Новости, события, информация, общение.

 Забыли пароль?
 

ГЛАВА XIV. КАМБОДЖА В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ XX ВЕКА

26-7-2012 13:07| Разместил: admin| Просмотров: 15926| Комментарии: 0

5. Выборы 1998 г. и положение в Камбодже на рубеже веков

Выборы 1998 г. стали завершающим этапом в бурных событиях камбоджийской истории XX века. Они характеризовались очень жесткой конкуренцией, так как в ходе предвыборной кампании выяснилось, что ФУНСИНПЕК, несмотря на внутренние расколы и поражение в событиях 5-7 июля 1997 г., продолжает пользоваться весомой поддержкой населения, особенно в городах, где многие опасались безраздельной власти НПК. Почти десять тысяч человек пришли в аэропорт Почентонг, чтобы приветствовать возвратившегося из эмиграции в марте 1998 г. Раннарита112. Это была мощная демонстрация поддержки, которая показала НПК, что ее победа на выборах совсем не так очевидна, как это могло бы показаться ранее. В организационном отношении ФУНСИНПЕК не выдерживала никакого сравнения со своим главным соперником и партнером по коалиции, особенно после июльского разгрома 1997 г., когда «политическая структура партии была разрушена, сильно подорван ее человеческий потенциал, ущерб, нанесенный материально-технической базе, исчислялся десятками тысяч долларов»113. Средства на проведение избирательной кампании роялисты рассчитывали собрать за рубежом в среде неизменно симпатизировавшей им кхмерской эмиграции. Самой трудной задачей стало восстановление партийных структур на местах. В разгар июльского кризиса 1997 г. почти везде они были либо разогнаны, либо самораспустились. Высокопоставленный функционер ФУНСИНПЕК признавался: «Численность наших рядовых активистов составляла до переворота 100 тыс. человек. Сейчас мы не знаем, где они. Во время событий 1997 г. были уничтожены дома даже рядовых членов нашего движения. Люди просто спрятались, так как боялись за свою жизнь»114.

В то же время для роялистов не все складывалось плохо. ФУНСИНПЕК, как и в 1993 г., многие считали партией Нородома Сианука. Кроме того, она стала центром притяжения всех тех, кто выступал против бывших коммунистов — НПК. В своей предвыборной программе роялисты подчеркивали неразрывную связь с королем и монархией, заявляли, что именно их партия — гарант сохранения в стране и монархической традиции, и демократии. Сианук именовался в партийных призывах не иначе как «отец народа, отец мира, отец национального возрождения»115.

Удачному выступлению ФУНСИНПЕК на выборах могли помешать не столько интриги НПК, сколько собственная негибкость и неспособность консолидироваться с Национальной партией Сам Рэнси, которая прибегала в своей агитации к неизменно актуальным в Камбодже популистским лозунгам борьбы с коррупцией, а также апеллировала к откровенному национализму и антивьетнамизму. В интерпретации ее активистов вьетнамцы превращались в главных виновников всех политических и экономических бед кхмерского народа, а Хун Сен — в марионетку Вьетнама. Выступая на многотысячных митингах, Сам Рэнси восклицал: «Нынешние лидеры получили власть в 1979 г. от вьетнамцев, и они в долгу перед ними. В знак благодарности они отдают вьетнамцам наши земли...»116. Затем он заявлял: «Вьетнамцы вырубают наши леса, они ловят нашу рыбу, разрушают рыболовецкие угодья. Наша страна исчезнет с лица земли, если у власти останется прежний руководитель»117. НПК он называл мафией, Хун Сена — коммунистическим диктатором, а верхушку роялистов — коррупционерами118. С точки зрения лидера националистов, в коррумпированности камбоджийцев были виновны все те же вьетнамцы, которые «привнесли в кхмерское общество этот социальный порок». Борьба с коррупцией увязывалась с необходимостью возврата к традиционным моральным устоям кхмеров, «с моральным возрождением камбоджийского общества, которое возможно лишь с уничтожением вьетнамского влияния в стране»119.

Предвыборная кампания НПК, несмотря на активность ее политических оппонентов, оказалась сильной и эффективной. Лидеры партии учли, что прежнее представление партии как единственной силы, способной противостоять угрозе возвращения к власти «красных кхмеров », уже потеряло свою актуальность и мобилизационный эффект. Демократическая Кампучия окончательно распалась, и на предвыборных митингах можно было говорить только о заслугах НПК в этой победе. Но партия не собиралась апеллировать к прошлому. НПК подготовила новую программу, которая, как показали выборы, соответствовала требованиям политической ситуации и отвечала настроениям большинства кхмеров. Ядром новой программы стали вопросы установления социального равенства и справедливости, а партия стала выступать как политическая сила, которая «говорит с народом на одном языке». Борьба с бедностью, экономический рост и рост уровня жизни людей — все эти лозунги партия превратила в центральное звено своей предвыборной кампании. А основным в этой кампании стал лозунг: «Только бедные могут понять бедных, рожденным во дворцах чужды интересы бедняков». Это был, помимо прочего, недвусмысленный намек на Раннарита и его происхождение, на его откровенно расточительный образ жизни, аристократизм и неуважение к простому человеку. Хун Сен, будучи сам совсем не бедным120, прекрасно овладел политической демагогией. Он заявлял, например, что для его народа «важнее, чтобы не было голода, чтобы дети учились в школах, чтобы были построены дороги, чем выделение эфирного времени для речей Сам Рэнси»121.

Обещания «победить бедность» сочетались в политике НПК с организационными мерами. В сельских районах, составлявших оплот партии, была развернута кампания призыва крестьян в ряды НПК. При этом новые члены брали на себя обязательство агитировать среди своих односельчан в пользу партии. Новый крестьянский призыв в партию был, как и раньше, ориентирован на богатых и зажиточных крестьян, влиятельных в своих общинах. Эти люди пополнили ключевой для бывших коммунистов электоральный слой, изначально включавший местную деревенскую верхушку в лице бывших председателей «групп трудовой солидарности», их близких и родственников, получивших власть и богатство в период коллективизации. Включенные в местные структуры НПК, они, как авторитетные на селе люди, побуждали односельчан голосовать за партию.

Верхушка сельского общества и в 1998 г., так же как и в конце 80-х, охотно вступала в НПК и голосовала за нее, так как видела в ее лице партию реальной власти. Членство в НПК было делом престижным и выгодным, поскольку повышало социальный статус человека, а главное — позволяло получить доступ к правительственным инвестициям, направлявшимся для проведения различных социально-экономических проектов на селе. Немало таких проектов, относящихся к сооружению объектов инфраструктуры (дорог, колодцев, ирригационных сооружений) и социальной сферы (школ, больниц, жилых домов), патронировали и финансировали страны-доноры. Но этим же занимался и лично премьер-министр Хун Сен. Он вел предвыборную кампанию НПК в лучших традициях Сианука начала 60-х годов: неутомимо передвигался по стране, встречался с крестьянами, решал в присутствии журналистов их насущные вопросы, делал подарки, возглавлял церемонии открытия новых объектов. Его энергичные и продуманные действия обеспечили НПК широкую поддержку населения в провинции. В общенациональных выборах, состоявшихся в июле 1998 г., приняло участие 4,9 млн. камбоджийцев, или 93,5% избирателей. НПК получила 41,1 % голосов и 64 депутатских места в парламенте, ФУНСИНПЕК — 31,7%) и 43 места, Партия Сам Рэнси соответственно — 14,3%) и 15. Мелкие партии собрали в общей сложности 12,6% голосов и не получили в парламенте ни одного места122. Результаты выборов свидетельствовали, что по сравнению с 1993 г. НПК сильно продвинулась вперед, получив наибольшую поддержку избирателей. Тем не менее набрать необходимых для формирования однопартийного правительства двух третей голосов ей так и не удалось. Оказавшиеся вторыми и третьими партии Раннарита и Сам Рэнси не только не согласились с результатами выборов и отказались войти в коалицию с НПК, но и объявили победу Хун Сена следствием запугивания избирателей и мошенничества при подсчете голосов. Сам Рэнси объявил Хун Сена мошенником и обманщиком и обратился к США с просьбой бомбардировать штаб своего заклятого врага американскими ракетами123. Оба проигравших деятеля потребовали проведения специального расследования всех нарушений, зафиксированных во время голосования. Свои требования они подкрепили массовыми манифестациями в Пномпене, каждый день регистрировались столкновения оппозиционных демонстрантов и полиции, а город захлестнула волна грабежей и насилия124.

Атмосфера в стране была столь накалена, что сразу же после того как при посредничестве короля все-таки состоялась церемония открытия нового парламента, оба главных оппозиционера срочно выехали за пределы Камбоджи, опасаясь ареста. Столь поспешное бегство объяснялось тем, что накануне открытия парламента на Хун Сена было совершено покушение. Когда он направлялся на открытие Национального собрания, по его машине была выпущена ракета, Хун Сен не пострадал, — ибо ракета разорвалась в 10 метрах от его кортежа, но разбила дом и убила находившегося там мальчика125. В организации этого террористического акта представители НПК обвинили оппозицию. Говорили, что около взрывного устройства была якобы найдена записка на кхмерском и английском языках, предупреждавшая, что «сегодня не станет главного диктатора»126.

Раннарит и Сам Рэнси, отрицая свою причастность к покушению, заявили, что согласны вести переговоры о создании правительственной коалиции только за пределами страны. Сам Рэнси предложил Токио, а Раннарит — Пекин. Хун Сен с этим не согласился, и официальный представитель НПК заявил, что «переговоры с лидерами оппозиции должны вестись только в Камбодже», а их предложения провести встречу за границей служат лишь для того, чтобы «показать миру, что им якобы угрожает в стране насилие и угроза ареста»127. При сложившейся тупиковой ситуации в политический процесс вынужден был опять вмешаться Сианук как король и верховный арбитр. Он заявил, что любые демократические процедуры должны иметь целью прежде всего благо народа, его процветание. Главным же благом для камбоджийского народа, по его мнению, был мир и политическая стабильность, а поэтому оппозиция должна признать результаты выборов и сотрудничать с победившей партией на коалиционной основе. «Камбоджа пока не стала страной, где правит закон, — заявил король. — Демократия у нас только нарождается. Я могу лишь посоветовать более слабым политическим лидерам избрать такую политическую линию, которая дает возможность избежать несчастий и кровопролития нашей родине, моему народу, да и самим политикам»128. В ходе переговоров, инициированных королем, Хун Сен согласился вновь сформировать коалиционное правительство с ФУНСИНПЕК. Пошел на это и Раннарит, особенно после того, как идею коалиционного правительства поддержал и Европейский Союз, который направил ему специальное послание, призывая его согласиться на предложение Хун Сена и принять участие в формировании нового правительства129. Еще более явное давление на оппозицию оказала Япония — основная страна-донор Камбоджи. Как заявил МИД этой страны, «оппозиции следует войти в новое правительство, а Япония усилит поддержку экономическому развитию Камбоджи, предоставив ей необходимую помощь»130. Общее давление, оказанное на оппозиционеров, способствовало тому, что, в конце концов, политический кризис был разрешен и во главе страны вновь появилась двусторонняя правительственная коалиция в составе НПК и ФУНСИНПЕК. Сам Рэнси, оставшийся в одиночестве, согласился не бойкотировать работу Национального собрания, но в правительство войти отказался. Новое коалиционное правительство существенным образом отличалось от того, которое действовало в 1993-1998 гг. Хун Сен стал единственным премьер-министром, а в сформированном кабинете всю внешнеполитическую сферу и весь финансово-экономический блок взяли под свой контроль представители НПК. Роялистам в правительстве достался лишь социальный блок, а также позиции со-министра обороны и внутренних дел, которые на паритетных началах разделили ФУНСИНПЕК и НПК. Возвращение представителей роялистов в силовые ведомства было чисто формальным — вся полнота власти в них осталась в руках Хун Сена и его партии.

Итоги выборов 1998 г. свидетельствовали о том, что НПК самым легитимным образом превратилась в доминирующую партию камбоджийской политики. При этом в ней продолжалась борьба за лидерство между двумя группировками. Одна ориентировалась на Хун Сена, другая, более многочисленная, — на председателя партии Чеа Сима. Этим двум течениям в НПК, отмечал долгое время проработавший в российском посольстве в Пномпене П. Гончаров, «удается находить баланс интересов и не доводить партию до раскола. Однако закулисная борьба ведется постоянно, то затухая, то усиливаясь вновь»131. В камбоджийской столице с регулярностью распространялись слухи, что Народная партия вот-вот расколется. Этого, однако, не произошло ни до выборов 1998 г., ни после них. НПК, сохраняя внутреннее единство, оставалась не только лучше других организованной и дисциплинированной, но и обладала широкой структурой низовых организаций, а кроме того, имела за собой негласную поддержку как местного, так и иностранного бизнес-сообщества, а также влиятельных друзей во Вьетнаме и в Китае. И в Ханое и в Пекине «из всех камбоджийских партий предпочитали видеть у власти именно НПК»132. Если вспомнить, сколь негативным было отношение к Хун Сену в Китае в 80-е годы, то можно сказать, что этот политик сделал невозможное, убедив китайских коммунистов в том, что он может стать одним из гарантов их интересов в стране.

Тенденция к господству НПК на политическом поле, обозначившаяся после выборов 1998 г., вызвала консолидацию так называемой новой непримиримой оппозиции, которая собиралась, заменив «красных кхмеров», с оружием в руках вести борьбу с восстанавливаемой, по ее мнению, диктатурой коммунистов. В отдаленных, пограничных с Таиландом районах на севере страны «появились не очень многочисленные, но неплохо вооруженные антиправительственные группировки «Борцы за свободу Камбоджи» и «Свободные кхмеры», ставившие своей целью свержение существующего строя»133. В конце ноября 2000 г., просочившись в Пномпень, они организовали нападения на «важные правительственные объекты, в результате чего имелись убитые и раненые с обеих сторон. Внутренние силы безопасности быстро подавили выступление, явно демонстрируя свою осведомленность о планах нападавших. Были произведены многочисленные аресты. Среди арестованных оказались многие бывшие “красные кхмеры”, а также члены партии ФУНСИНПЕК, недовольные сотрудничеством своей партии с НПК. Удалось схватить одного из руководителей “Борцов за свободу”. Им оказался американский гражданин кхмерского происхождения»134.

Разгром сил непримиримой оппозиции еще более укрепил позиции НПК в стране. Проявилось это очень скоро на выборах местных органов власти, которые состоялись в 2002 г. На этих выборах бывшие коммунисты победили в 1597 кхумах из 1621. Националисты Сам Рэнси — в 13, а роялисты — в 10 кхумах135. Теперь в пользу бывших коммунистов говорили достигнутые в стране позитивные результаты в экономическом строительстве. Началом такого строительства можно считать 1994 г., когда была принята национальная программа восстановления и развития Камбоджи. Опиралась она в значительной мере на планы и соображения международных экспертов, которые по инициативе стран-доноров изучали пути выхода страны из кризиса. Было понятно, что самостоятельно стране не подняться, поэтому главную роль тогда сыграли инвестиции стран-доноров, среди которых «первую скрипку» играли Япония и США. За 1993-2005 гг. от них в страну поступило около 5 млрд. долл.135 Это позволило добиться довольно существенного роста инвестиций в экономику. Начиная с 1994 г. их объем быстро увеличивался и в 1999 г. достиг примерно 21,5 % ВВП. Этого оказалось достаточно, как считает камбоджийский экономист Чау Сометхия, чтобы заложить основы устойчивого роста экономики136.

В то же время не все средства использовались так, как это первоначально планировалось. Согласно принятому в 1996 г. плану социально- экономического развития, 65 % всех инвестиций должно было быть направлено на развитие сельских районов, на строительство там дорог и прочей инфраструктуры. Однако в 2000 г. выяснилось, что все планы реализовались с точностью до наоборот: 65 % всех инвестиций, предусмотренных планом, пошли на развитие городов и только 35% достались кхмерскому селу137.

Рост инвестиций сопровождался жесткими бюджетными и денежно-кредитными ограничениями, которые правительство практиковало под давлением международных экспертов. Благодаря сочетанию этих двух факторов уровень инфляции, который в 1991 г. составлял 160%), сократился и стабилизировался на уровне чуть больше 4% в 1995 г. и 3 % — к началу XXI века138. Темпы экономического роста в 1994-1997 гг. достигали 7% ВВП139. Устойчивость новой экономической политики была проверена азиатским финансовым кризисом 1997-1998 гг. В то время как Таиланд и Малайзия балансировали на грани финансового краха, а в Индонезии царила паника, ширились антиправительственные выступления, которые привели в конечном счете к отставке многолетнего правителя страны генерала Сухарто, в Камбодже кризис отозвался лишь некоторым замедлением темпов экономического роста.

В сфере промышленного производства главным двигателем развития стали две отрасли промышленности — текстильная и швейная. За 1994-1999 гг. было создано около 300 швейных предприятий, а объем экспорта готовой одежды увеличился в 22 раза — с 28 млн. до 640 млн. долл. в 1999 г.140 Текстильные и швейные изделия стали составлять 80% всего экспорта страны, а, по оценке Всемирного банка, увеличение производства в этих отраслях прямо или косвенно влияло на рост уровня жизни каждого пятого камбоджийца, учитывая, что в швейном производстве было занято более 250 тыс. рабочих и действовало 247 фабрик141.

Такой рост производства в этих отраслях объяснялся тем, что США и Евросоюз открыли фактически беспошлинный ввоз текстильных изделий из Камбоджи на свои рынки, чтобы оказать помощь этой стране в экономическом восстановлении. США, например, в 1999 г. заключили с Пномпенем специальное соглашение, которое гарантировало камбоджийским швейным и текстильным изделиям предпочтительный доступ на американский рынок в обмен на гарантии повышения трудовых стандартов и уровня жизни производителей142. Этим немедленно воспользовался китайский капитал, который вложил существенные средства в строительство небольших швейных мастерских в Пномпене и ряде других городов страны, что обеспечило резкое расширение занятости и отчасти помогло ослабить остроту проблем, связанных с обезземеливанием части крестьян и скупки их земель богатыми горожанами и сельскими предпринимателями. Те, кто получил работу и возможность повысить уровень своей жизни, связывали это с деятельностью правительства и премьер-министра Хун Сена143. Борьба с обезземеливанием крестьян против появления в стране крупных частных земельных владений стала в середине и в конце 90-х годов также важным элементом политики правительства. Дело в том, что по мере накопления средств в сфере торговых операций кхмерский и китайский капитал начал скупать земельные наделы, особенно в наиболее плодородных и богатых районах. Возобновился приостановленный событиями 70-80-х годов процесс обезземеливания крестьян и социального расслоения в деревне. Правительство сразу же постаралось взять эти тенденции под свой контроль, поскольку крестьяне оставались главным электоральным резервом НПК, тогда как в городских слоях многие симпатизировали роялистам и националистам. Хун Сен добился принятия закона, который ограничивал возможность концентрации пахотных земель и тем самым охранял в деревне права мелких земельных собственников. Этот закон был принят исключительно по политическим и электоральным соображениям, так как на практике он стал препятствием для инвестиций в аграрное производство. Из-за такой политики темпы роста сельскохозяйственного производства в 1994-1996 гг. составляли лишь 1,4%, т. е. отставали от темпов роста населения, которые составляли примерно 3 %. Однако в то же время этот закон предотвратил массу социальных и имущественных конфликтов, которые неизбежно обрушились бы на камбоджийскую деревню в случае его отсутствия144.

Прагматизм в социально-экономической политике сочетался со стремлением бывших коммунистов разыграть и националистическую карту, до этого бывшую в руках оппозиции. При этом их национализм был направлен не против Вьетнама, как у роялистов и партии Сам Рэнси, а против Таиланда. Для того, чтобы доказать свой патриотизм, НПК умело использовала неосторожное заявление популярной в Таиланде актрисы о том, что Ангкор Ват построили не кхмеры, а тайцы. После широкого распространения этого мнения в Камбодже в Пномпене в январе 2003 г. за полгода до выборов были организованы массовые тайские погромы, Хун Сен от имени камбоджийцев потребовал извинений и показал себя во время этого конфликта преданным борцом за национальные интересы145.

Все эти действия в сфере политики и экономики плюс работа мощного пропагандистского аппарата НПК, который сумел во многом развеять впечатление от обвинения партийных функционеров в коррупции, и обеспечили партии Хун Сена голоса большей части электората. На парламентских выборах в июле 2003 г. бывшие коммунисты вновь добились уверенной победы, получив более 47 % голосов. На второе место вышла партия Сам Рэнси, за которую выступили 21,4% избирателей, третьими оказались роялисты, получившие 20,7 % голосов146. Все попытки двух проигравших партий, объединившихся в так называемый «Союз демократов», не признать результаты выборов и потребовать в ультимативной форме ухода Хун Сена со своего поста окончились ничем. В конце концов, роялисты во главе с Раннаритом вышли из «Союза демократов» и сформировали очередное коалиционное правительство с НПК. Этот опрометчивый шаг, за который, по утверждению Сам Рэнси, глава роялистов якобы получил 30 млн. долл.147, стал главной причиной развала роялистской партии. Раннарит со скандалом был смещен с поста лидера ФУНСИНПЕК, после чего массы рядовых членов его организации перешли в партии Сам Рэнси и НПК. После этого ФУНСИНПЕК, которая так много на самом деле сделала для приобщения страны к демократическим процедурам организации политической жизни и для предотвращения новой гражданской войны, отошла на периферию камбоджийской политики.

На вершине власти в государстве произошла невероятная, казалось бы, смена фигур, когда после ухода Раннарита с поста председателя Национального собрания на этот пост поднялся его заместитель — почетный председатель НПК и бывший лидер Народнореволюционного совета НРК Хенг Самрин. В этот момент все три высших поста в стране заняли не просто представители НПК, но те же самые люди, которые стояли во главе Народной Республики Кампучии с 1985 г. Это стало символом полного триумфа как политики этой партии, так и когда-то никому не известных людей — гонимых перебежчиков из лагеря «красных кхмеров», превратившихся в международнопризнанных лидеров Камбоджи. Они и сотни людей, вместе с ними пришедших во власть из, казалось бы, самых низов кхмерского общества, сумели сформировать новую правящую элиту, которая в отличие от традиционной, связанной с королевской семьей и высшими слоями общества, при всех обстоятельствах сохраняла внутреннее единство и дисциплину, и на основе прагматизма и способности к компромиссам смогла сплотить страну и вывести ее на курс национального развития.

Ужасно!

Плохо

Так себе ...

Хорошо

Отлично!

Последние комментарии

Оглавление
ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. ПОЛИТИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ КАМБОДЖИ В ЭПОХУ ФРАНЦУЗСКОГО ПРОТЕКТОРАТА (1863-1945 гг.)
     1. От подписания договора о протекторате Франции до окончания Первой мировой войны (1863-1919 гг.)
     2. Политическая борьба в 1919- 1945 гг.

ГЛАВА II. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ КАМБОДЖИ В 1863-1945 гг.
     1. Реформы 1877 и 1884 гг. и становление новой экономической модели в Камбодже
     2. Ростовщический капитал и его роль в формировании натурально-товарного типа хозяйства Камбоджи

ГЛАВА III. БОРЬБА ЗА НАЦИОНАЛЬНУЮ НЕЗАВИСИМОСТЬ СТРАНЫ И ОБОСТРЕНИЕ ВНУТРЕННИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ (1945-1953 гг.)
     1. Противостояние короля и его политических оппонентов по поводу путей достижения независимости
     2. Борьба кхмерских коммунистов за власть и независимость страны
     3. Некоторые аспекты экономического положения в стране

ГЛАВА IV. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАМБОДЖИ (1953-1970 гг.)
     1. Стремление Нородома Сианука к установлению режима единоличной власти
     2. Политика балансирования между правыми и левыми силами и ее печальный финал
     3. Последние попытки Сианука удержать власть

ГЛАВА V. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ КАМБОДЖИ В 1953-1970 гг.
     1. Экономическая политика с середины 50-х по середину 60-х годов
     2. Проблемы аграрной политики: социальная дифференциация и обнищание кхмерской деревни
     3. Факторы углубления экономического кризиса: провал кооперации и разгул коррупции

ГЛАВА VI. КХМЕРСКИЕ КОММУНИСТЫ В ПЕРИОД ПРАВЛЕНИЯ СИАНУКА 1953-1970 гг.
     1. Партия «Прачеачун» и ее борьба
     2. Нелегальная НРПК, Салотх Сар и его путь к власти
     3. Идеологический фундамент кхмерской революции
     4. Восстание в Самлауте и начало вооруженной борьбы

ГЛАВА VII. ПЕРЕВОРОТ ЛОН НОЛА И КРАХ НАТУРАЛЬНО-ТОВАРНОЙ СИСТЕМЫ ХОЗЯЙСТВА (1970-1975 гг.)
     1. Политическая ситуация и ход военных действий в стране в период после 18 марта 1970 г.
     2. Программы развития кхмерской деревни Лон Нола и причины их крушения

ГЛАВА VIII. КХМЕРСКИЕ КОММУНИСТЫ И ИХ БОРЬБА ПРОТИВ РЕЖИМА ЛОН НОЛА
     1. Образование Национального единого фронта Камбоджи и его деятельность в 1970-1972 гг.
     2. Превращение кхмерских коммунистов в сильнейшую политическую силу в стране
     3. Новое административное устройство и аграрные преобразования в освобожденных районах в 1973-1975 гг.
     4. Внутрипартийная борьба на завершающем этапе гражданской войны

ГЛАВА IX. «КРАСНЫЕ КХМЕРЫ» У ВЛАСТИ (1975-1979 гг.)
     1. Демократическая Кампучия: политическое оформление режима и борьба за власть (1975-1976 гг.)
     2. Изгнание людей из городов и аграрные преобразования
     3. Кхмерская деревня на пороге новых испытаний. Подготовка четырехлетнего плана развития аграрной экономики
     4. Основные цели и направления четырехлетнего плана
     5. «Большой скачок» в коммунизм и его последствия
     6. Формирование внутренней оппозиции и начало сопротивления режиму «красных кхмеров» (1977-1978 гг.)
     7. Противостояние с Вьетнамом и крах режима

ГЛАВА X. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В ЭПОХУ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ КАМПУЧИЯ (1979- 1991 гг.)
     1. Формирование партийных и государственных структур НРК
     2. Борьба группировок в НРПК: причины и результаты
     3. Консолидация власти в руках Хун Сена и Чеа Сима и изменение политического и социально-экономического курса НРПК

ГЛАВА XI. ЭВОЛЮЦИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ В ЭПОХУ НРК (1979-1991 гг.)
     1. Экономическая политика и формы организации экономики НРК в начале 80-х годов.
     2. Переход кхмерского села на рельсы рыночной экономики
     3. Переход к рыночной экономике во всех сферах экономической жизни

ГЛАВА XII. ПРОДОЛЖЕНИЕ БОРЬБЫ: ОБЪЕДИНЕНИЕ ПОЛ ПОТА, СИАНУКА И СОН САННА И ИХ ПРОТИВОСТОЯНИЕ НРК В 1979-1987 гг.
     1. Формирование коалиционного правительства кхмерской оппозиции
     2. Особенности формирования армии НРК. Боевые действия в стране в 1979-1987 гг.

ГЛАВА XIII. ПРОЦЕСС МИРНОГО УРЕГУЛИРОВАНИЯ КОНФЛИКТА В КАМБОДЖЕ
     1. Начало мирного диалога камбоджийских сторон
     2. Парижская мирная конференция и начало миротворческой операции ООН

ГЛАВА XIV КАМБОДЖА В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ XX ВЕКА
     1. Принятие конституции и оформление государственной власти
     2. Раскол и распад «красных кхмеров»
     3. Политическая борьба в Камбодже в 1994-1998 гг.
     4. Подоплека июльских событий 1997 г.
     5. Выборы 1998 г. и положение в Камбодже на рубеже веков

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Mobile|Камбоджа - все там будем! Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

GMT+7, 23-2-2020 23:39

Powered by Discuz! X2

© 2001-2016 Comsenz Inc.

Вернуться к началу