Пожалуйста, выберите Мобильная версия | Перейти к компьютерной версии

Камбоджа - все там будем! Отдых и жизнь в Камбодже.
Новости, события, информация, общение.

 Забыли пароль?
 

ГЛАВА VIII. КХМЕРСКИЕ КОММУНИСТЫ И ИХ БОРЬБА ПРОТИВ РЕЖИМА ЛОН НОЛА

21-7-2012 22:40| Разместил: admin| Просмотров: 11335| Комментарии: 0

Коммунисты больше других группировок, входивших в НЕФК, выигрывали от притока крестьян в созданную ими на основе партийной Революционной армии Национально-освободительную армию Камбоджи (НОАК), которая находилась под их непосредственным контролем: Салотх Сар был ее главнокомандующим, а Сон Сен — начальником Генерального штаба. В высшем командовании армии представителей группировки Сианука не было вообще, — НОАК развивалась и формировалась на основе боевых отрядов компартии, которые еще с 1967 г. вели партизанскую войну в джунглях на севере и северо- западе страны. Эти сравнительно небольшие вначале боевые части (по разным оценкам, на 1970 г. в них насчитывалось 5-10 тысяч человек) 62, став ядром НОАК, не только выросли численно, но и получили более современное вооружение из Вьетнама. Командиры взводов Революционной армии становились во главе рот в армии НЕФК, командиры рот — во главе батальонов и т. д.

По мере того как росли и укреплялись вооруженные силы НЕФК, росла и военная мощь кхмерских коммунистов. При этом контроль коммунистов за ростом вооруженных сил и их боевой деятельностью сочетался с постоянным контролем за их политической подготовкой. Смысл ее состоял в том, чтобы превратить молодого крестьянина, вступившего в боевую часть НЕФК для защиты Сианука, в бойца, способного выполнять и разделять приказы, исходящие от партийного центра. Благодаря системе политического воспитания бойцов, влияние коммунистов в вооруженных силах постоянно росло. Новобранцы, которые вливались в боевые части НОАК, должны были под руководством партийных комиссаров заниматься на краткосрочных и постоянных политических курсах, обязательно участвовать в различных митингах и конференциях, в посвященных критике и самокритике собраниях своего отделения, взвода, роты. Особую роль в идеологической работе играли политические школы. Каждый боец должен был пройти через них. Там новобранцы изучали, обсуждали на семинарах такие, например, темы: социальное деление кхмерского общества на классы, классовая борьба, критика и самокритика63.

Контроль над НОАК позволил коммунистам к 1973 г. подмять под себя практически все иные политические силы, почти обеспечить себе преобладание в административных структурах, созданных на территориях освобожденных районов Камбоджи. Консолидируя свою власть, «красные кхмеры» стали «освобождаться» от своих политических союзников и «попутчиков». Первыми жертвами укрепившегося партийного центра и созданного к этому времени военно-репрессивного аппарата, подчинявшегося Салотх Сару, стали кхмерские коммунисты, которые прибыли в Камбоджу из Вьетнама и были включены в отряды и структуры Компартии. Доверия к ним у Салотх Сара не было никакого. Он их рассматривал как прямых вьетнамских агентов внутри партии и своих политических соперников и стремился тайно избавиться от них. «Это мы являемся хозяевами страны, — говорил он, — потому что они, приехавшие из-за границы, находятся под нашим контролем. Эти люди никогда не будут нами командовать»64.

Практическая реализация этого императива выразилась в том, что «утвердив в 1971 г. свою власть в освобожденных районах, — как говорил чудом спасшийся от уготовленной ему участи быть убитым коммунист из провьетнамской группы Юх Пао, — полпотовская клика начала уничтожать революционные кадры, интеллигенцию, в первую очередь тех, кто учился в социалистических странах — Вьетнаме, Советском Союзе и др. Исчезновение людей объяснялось разными предлогами — переброской в другие районы, на новую работу и т. п.»65.

В это же время стали происходить и другие знаковые события, свидетельствовавшие о том, что партийный центр готовился к смене курса. В некоторых освобожденных районах кхмерские коммунисты начали запрещать местному населению общаться с вьетнамцами, в других, якобы по ошибке, совершались нападения на отдельные вьетнамские отряды, совершавшие марши по камбоджийской территории, захватывались обозы с продовольствием, амуницией и военной техникой66. Сейчас трудно сказать, было ли все это продуманной политикой руководства Компартии или следствием случайного стечения обстоятельств, отражая традиционное недоверие кхмеров к вьетнамцам. Более справедливой мне представляется первая версия, так как очевидно, что такими «ошибочными» нападениями Салотх Сар стремился лишний раз продемонстрировать вьетнамцам, что те на территории Камбоджи зависимы от кхмерских коммунистов и должны это учитывать в своих действиях и в своей политике.

Это едва сдерживаемое «скрытое» недовольство высокомерным, как он считал, отношением вьетнамских представителей в Камбодже к кхмерским коммунистам хорошо видно по переписке Салотх Сара с Генеральным секретарем ЦК ПТВ Ле Зуаном. В своем письме от 1974 г. он хоть и клялся, что «все наши победы неотделимы от помощи наших братьев и боевых соратников — вьетнамского народа и Партии трудящихся Вьетнама», но вместе с тем вполне определенно заявлял, что «отношения между нашими партиями основаны на взаимном уважении и невмешательстве во внутренние дела друг друга»67. Это было явное изменение позиции, которая в более ранних письмах формировалась так: «.. .Со всей искренностью и от всей души заверяю вас, что в любых условиях я буду верен курсу великой дружбы и великой братской революционной солидарности между Кампучией и Вьетнамом, несмотря ни на какие трудности и препятствия»68.

Тон и содержание посланий Салотх Сара менялись в зависимости от развития военно-политической ситуации в стране. А она постепенно складывалась в пользу НЕФК. В течение одного года пномпеньский режим полностью утратил контроль над обширными сельскохозяйственными районами. В 1971 г. около 70% территории Камбоджи находилось уже под контролем северовьетнамских войск и сил НЕФК. За этот же год численность армии НЕФК намного увеличилась. К середине 1971 г. в ней было уже 30 тыс. бойцов69. Эта цифра, приведенная в исследовании Ф. Дебре, вполне коррелируется с данными Иенг Сари — представителя Компартии в Пекине, который заявлял в 1971 г.: «Что касается наших вооруженных сил, то они состоят из регулярных частей численностью в 12 тыс. человек, из провинциальных войск численностью в 15 тыс. человек и деревенской милиции, которая насчитывает примерно 5 тыс. человек»70.

В это время на большей части освобожденных районов Камбоджи действовали уже администрации, руководимые представителями Компартии. Формально они считались административными органами НЕФК на местах, но в силу того, что «кхмае румдох» внутри Камбоджи так и не сумели создать ни своего отдельного военного, ни политического руководства, параллельного коммунистам, то фактически эти структуры НЕФК являлись на деле структурами власти Компартии. Кхмерские коммунисты из разных группировок занимали руководящие посты на всех уровнях административной структуры того или иного освобожденного района или округа. В некоторых районах, освобожденных вьетнамскими войсками, административная власть передавалась коммунистам, прибывшим из Ханоя. «В центре страны и районе пров. Кратие, — писал Ф. Дебре, — партизаны возглавлялись кхмерскими прогрессистами (так западные авторы называли руководителей Компартии. — Д. М), которые в 60-е годы покинули Пномпень. Что касается северо-востока Камбоджи, то там находились старые члены НЕФК, которые были связаны с северовьетнамскими частями»71.

Положение этих людей, как уже отмечалось, было особенно сложным, так как они опирались на вьетнамцев и фактически противопоставляли себя кхмерскому партийному руководству. Тем самым они как бы подтверждали подозрения Салотх Сара и его окружения относительно того, что их цель — служить Вьетнаму, а не Камбодже. Но с другой стороны, переход под контроль партийного центра Компартии Камбоджи угрожал им репрессиями — исчезновением, расстрелом или тайным убийством. Такие методы стали практиковать репрессивные органы Компартии, выполняя приказы руководства. Самый сложный для ханойских коммунистов выбор был тогда, когда вьетнамские войска уходили из того или иного района и туда вступали подчиненные Салотх Сару части. Если кхмеры из провьетнамской группировки не успевали уйти вместе с ними, то они чаще всего становились жертвами репрессий. Очевидцы свидетельствовали, что переход власти в руки партийного центра сопровождался подчас физическим уничтожением многих коммунистов, бойцов НЕФК, выступавших за дружбу и сотрудничество с ПТВ и ДРВ72. Тхом Борет, бывший командир батальона из провинции Прейвенг, вспоминал в 1979 г., что в их уездной организации задолго до 1975 г. постоянно проходили собрания, на которых подвергались критике те, кто принимал участие в войне сопротивления против французских колонизаторов. Их обвиняли в том, что они сильно прониклись вьетнамской идеологией и не понимают местных условий ... Их увозили на политические курсы, а если кто-то интересовался, почему тот или иной товарищ долго не возвращался, ему отвечали, что он получил после курсов «назначение» в другую провинцию. К 1975 г. в парторганизации, где состоял Тхом Борет, не осталось ни одного ветерана73. Тайная война против коммунистов провьетнамской ориентации получила довольно широкий размах. Например, в одном из партийных документов, датированном 3 июня 1978 г., перечисляются имена 18 руководящих работников, уничтоженных в 1972-1973 гг. Это были в основном перешедшие в ряды Компартии «ханойские коммунисты ». Их уничтожение рассматривается в этом документе как важная победа партийного центра в борьбе за утверждение своей власти74.

Радикально-репрессивные меры во внутрипартийной политике сочетались в период 1970-1972 гг. с относительно мягкими и компромиссными действиями в социально-экономической сфере. Здесь кхмерские коммунисты стремились всячески получить поддержку крестьян, которые рассматривались как главная социальная опора революции. Предложения немедленно претворить в жизнь основные положения программы радикального переустройства и обобществления в кхмерской деревне, с которыми выступали отдельные наиболее радикальные представители руководства, были отвергнуты на партийной конференции в июле 1971 г.75 В освобожденных деревнях коммунисты даже не стали создавать ревкомы. Они ограничивались первое время лишь тем, что избирали сельский комитет НЕФК, создавали местную деревенскую милицию; крестьяне, женщины и молодежь объединялись в «освободительных ассоциациях». Кроме организационного оформления власти много внимания уделялось идеологической работе, объяснению крестьянам целей и задач революционной борьбы. Эти цели и задачи формулировались обычно так: «Защита независимости кхмеров от американских и сайгонских агрессоров, защита национальной культуры, свержение незаконного проимпериалистического режима Лон Нола, уничтожение чиновничьей элиты, ростовщиков и помещиков, жестоко эксплуатировавших крестьян»76.

Были осторожно проведены и первые социально-экономические преобразования. Коснулись они главным образом сельского хозяйства и не выходили в общем за рамки программы НЕФК, практически не затрагивая традиционных основ и форм сельскохозяйственного труда в кхмерской деревне. Относительно аграрной политики коммунистов Иенг Сари на пресс-конференции в Пекине заявил в 1971 г.: «В освобожденной зоне мы уменьшили налоги на 50 % по сравнению с периодом до 18 марта 1970 г. Некоторых крестьян, особенно активно участвующих в нашей борьбе, мы полностью от налогов освободили»77. Другими популярными и поддержанными крестьянами мерами стали отмена всех долгов и обязательств ростовщикам, а также конфискация земель, «принадлежавших помещикам и предателям», и распределение их среди безземельных крестьян. Перераспределялся довольно большой земельный массив, поскольку хотя крупных землевладельцев в Камбодже было мало, зато крестьян, бежавших после начала военных действий в города, — много. Принадлежавшие им земли были объявлены землями «предателей» и отданы в пользование тем, кто их стал обрабатывать.

Таким образом, в районах, бывших под контролем коммунистов в 1970-1972 гг., вся аграрная политика состояла в том, чтобы максимально удовлетворить политические требования безземельных и малоземельных крестьян и привлечь их, таким образом, на свою сторону.

Поддержку и симпатии крестьян кхмерские коммунисты стремились завоевать также хорошо продуманной стратегией поведения своих кадровых работников и военных формирований на территории освобожденных районов. В 1970-1971 гг., как свидетельствует Ит Сарин — преподаватель одного из пномпеньских лицеев, автор интереснейших записок о своем почти годичном пребывании на базах и в лагерях кхмерских коммунистов, — среди кадровых работников, а также среди крестьян распространялась следующая памятка: «Каждый руководитель должен любить, уважать и служить рабочим и крестьянам всем сердцем и душой. Он не имеет права диктовать что- либо людям, а должен быть с ними скромен и прост в обращении. Он обязан всегда защищать имущество людей, пресекать любые попытки отбирать у крестьян принадлежащие им вещи или продовольствие, не должен брать взяток»78.

Вообще, политический курс «красных кхмеров» в 1970-1972 гг., их отношение к людям, поведение среди крестьян сильно отличалось от того, что наблюдалось в последующие годы. В то время они широко пропагандировали так называемую «народную философию», смысл которой состоял в том, чтобы «в максимальной степени помогать людям, особенно в базовых районах, решать стоящие перед ними проблемы ». Когда крестьяне возводили дамбу или рыли канал, все местные функционеры «красных кхмеров» должны были работать вместе и наравне с ними. В наиболее напряженные периоды сельскохозяйственных работ они «вновь приходили в деревни и предлагали свою помощь, причем всю работу выполняли бесплатно и больше всего помогали наиболее бедным крестьянским семьям»79.

Другим аспектом «народной философии» была широко пропагандировавшаяся «помощь больным крестьянам». Ит Сарин рассказывал, что из партийной организации «красных кхмеров» обязательно направляли человека в семью для оказания ей необходимой поддержки. Все действия своих членов «красные кхмеры» строго контролировали, поэтому эффективность политики «быть с народом и служить ему» была высока. Ит Сарин пишет, что «открытость и дружелюбность коммунистов привлекла к ним больше людей, чем их малопонятные для крестьян лозунги о социалистической революции»80.

Естественно, что вся эта забота о простых людях никак не отражала глубинную сущность движения и была, по сути, уловкой, элементарным обманом, при помощи которого «красные кхмеры» укрепляли свою власть. Очень скоро, как только они стали сильнее, почувствовали себя увереннее, все эти лозунги типа «служить народу», образцовые памятки функционерам, будут выброшены и забыты. Но в период 1970-1972 гг. «народная философия» оставалась реальной политикой, которой люди верили и за которой шли. Тем более что в тот период «красные кхмеры» предпочитали еще не трогать и деревенскую верхушку. Традиционная организация крестьянского социума оставалась неизменной, лишь монахам и деревенским старостам вменялось в обязанность пройти специальные курсы перевоспитания81.

Осторожная и откровенно популистская аграрная политика сопровождалась мощной пропагандистской кампанией, цель которой состояла в том, чтобы убедить крестьян в том, что кхмерские коммунисты — истинные защитники не только национальной независимости от проамериканского лонноловского режима, но и защитники интересов и прав самих крестьян. В своем общении с ними партийные пропагандисты стремились максимально учесть ментальность низших слоев кхмерской деревни, или «здоровой основы нашего общества », как называли беднейших и малоземельных крестьян партийные лидеры82. Врагами объявлялись не только ростовщики, перекупщики и землевладельцы, но и национальная интеллигенция, которая-де служила проводником чуждого «западного» культурного влияния в Камбодже. В 1971 г. в одном из выступлений Кхиеу Самфан призывал: «Нам надо подавить тягу интеллигенции к западному образу жизни. Интеллигенции как таковой вообще быть не должно. Ее представители будут заниматься общественным трудом, жить совместно и учиться у народа»83.

Нельзя не сказать, что обещания «красных кхмеров» уничтожить имущие классы и «перевоспитать» интеллигенцию были не только «приманкой» для беднейших крестьян, но вполне отвечали политической программе самих коммунистов, — ведь в задуманном партийным центром «государстве будущего» социальная структура общества сложной быть никак не могла. Бестоварная система, резко упрощавшая экономику, сводившая ее к изъятию методом внеэкономического принуждения произведенного крестьянами продукта и его дальнейшему распределению и перераспределению, не могла не упростить в свою очередь и социальные отношения. Эта экономическая система и строившийся на ее фундаменте тоталитарный режим уже заранее предопределяли архаизацию социальной структуры, возвращение страны к средневековому типу устройства общества, которое состояло из крестьян, чиновников и воинов. Что касается такого важного социального компонента средневековой Камбоджи, как монашество, то в условиях, когда «новая религия» распространялась через чиновников, буддийские монахи оказывались вне системы, впрочем, как и многообразные социальные элементы городского социума.  

Ужасно!

Плохо

Так себе ...

Хорошо

Отлично!

Последние комментарии

Оглавление
ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. ПОЛИТИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ КАМБОДЖИ В ЭПОХУ ФРАНЦУЗСКОГО ПРОТЕКТОРАТА (1863-1945 гг.)
     1. От подписания договора о протекторате Франции до окончания Первой мировой войны (1863-1919 гг.)
     2. Политическая борьба в 1919- 1945 гг.

ГЛАВА II. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ КАМБОДЖИ В 1863-1945 гг.
     1. Реформы 1877 и 1884 гг. и становление новой экономической модели в Камбодже
     2. Ростовщический капитал и его роль в формировании натурально-товарного типа хозяйства Камбоджи

ГЛАВА III. БОРЬБА ЗА НАЦИОНАЛЬНУЮ НЕЗАВИСИМОСТЬ СТРАНЫ И ОБОСТРЕНИЕ ВНУТРЕННИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ (1945-1953 гг.)
     1. Противостояние короля и его политических оппонентов по поводу путей достижения независимости
     2. Борьба кхмерских коммунистов за власть и независимость страны
     3. Некоторые аспекты экономического положения в стране

ГЛАВА IV. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАМБОДЖИ (1953-1970 гг.)
     1. Стремление Нородома Сианука к установлению режима единоличной власти
     2. Политика балансирования между правыми и левыми силами и ее печальный финал
     3. Последние попытки Сианука удержать власть

ГЛАВА V. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ КАМБОДЖИ В 1953-1970 гг.
     1. Экономическая политика с середины 50-х по середину 60-х годов
     2. Проблемы аграрной политики: социальная дифференциация и обнищание кхмерской деревни
     3. Факторы углубления экономического кризиса: провал кооперации и разгул коррупции

ГЛАВА VI. КХМЕРСКИЕ КОММУНИСТЫ В ПЕРИОД ПРАВЛЕНИЯ СИАНУКА 1953-1970 гг.
     1. Партия «Прачеачун» и ее борьба
     2. Нелегальная НРПК, Салотх Сар и его путь к власти
     3. Идеологический фундамент кхмерской революции
     4. Восстание в Самлауте и начало вооруженной борьбы

ГЛАВА VII. ПЕРЕВОРОТ ЛОН НОЛА И КРАХ НАТУРАЛЬНО-ТОВАРНОЙ СИСТЕМЫ ХОЗЯЙСТВА (1970-1975 гг.)
     1. Политическая ситуация и ход военных действий в стране в период после 18 марта 1970 г.
     2. Программы развития кхмерской деревни Лон Нола и причины их крушения

ГЛАВА VIII. КХМЕРСКИЕ КОММУНИСТЫ И ИХ БОРЬБА ПРОТИВ РЕЖИМА ЛОН НОЛА
     1. Образование Национального единого фронта Камбоджи и его деятельность в 1970-1972 гг.
     2. Превращение кхмерских коммунистов в сильнейшую политическую силу в стране
     3. Новое административное устройство и аграрные преобразования в освобожденных районах в 1973-1975 гг.
     4. Внутрипартийная борьба на завершающем этапе гражданской войны

ГЛАВА IX. «КРАСНЫЕ КХМЕРЫ» У ВЛАСТИ (1975-1979 гг.)
     1. Демократическая Кампучия: политическое оформление режима и борьба за власть (1975-1976 гг.)
     2. Изгнание людей из городов и аграрные преобразования
     3. Кхмерская деревня на пороге новых испытаний. Подготовка четырехлетнего плана развития аграрной экономики
     4. Основные цели и направления четырехлетнего плана
     5. «Большой скачок» в коммунизм и его последствия
     6. Формирование внутренней оппозиции и начало сопротивления режиму «красных кхмеров» (1977-1978 гг.)
     7. Противостояние с Вьетнамом и крах режима

ГЛАВА X. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В ЭПОХУ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ КАМПУЧИЯ (1979- 1991 гг.)
     1. Формирование партийных и государственных структур НРК
     2. Борьба группировок в НРПК: причины и результаты
     3. Консолидация власти в руках Хун Сена и Чеа Сима и изменение политического и социально-экономического курса НРПК

ГЛАВА XI. ЭВОЛЮЦИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ В ЭПОХУ НРК (1979-1991 гг.)
     1. Экономическая политика и формы организации экономики НРК в начале 80-х годов.
     2. Переход кхмерского села на рельсы рыночной экономики
     3. Переход к рыночной экономике во всех сферах экономической жизни

ГЛАВА XII. ПРОДОЛЖЕНИЕ БОРЬБЫ: ОБЪЕДИНЕНИЕ ПОЛ ПОТА, СИАНУКА И СОН САННА И ИХ ПРОТИВОСТОЯНИЕ НРК В 1979-1987 гг.
     1. Формирование коалиционного правительства кхмерской оппозиции
     2. Особенности формирования армии НРК. Боевые действия в стране в 1979-1987 гг.

ГЛАВА XIII. ПРОЦЕСС МИРНОГО УРЕГУЛИРОВАНИЯ КОНФЛИКТА В КАМБОДЖЕ
     1. Начало мирного диалога камбоджийских сторон
     2. Парижская мирная конференция и начало миротворческой операции ООН

ГЛАВА XIV КАМБОДЖА В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ XX ВЕКА
     1. Принятие конституции и оформление государственной власти
     2. Раскол и распад «красных кхмеров»
     3. Политическая борьба в Камбодже в 1994-1998 гг.
     4. Подоплека июльских событий 1997 г.
     5. Выборы 1998 г. и положение в Камбодже на рубеже веков

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Mobile|Камбоджа - все там будем! Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

GMT+7, 19-11-2018 22:27

Powered by Discuz! X2

© 2001-2016 Comsenz Inc.

Вернуться к началу